
Здравствуйте! Разрешите рассказать вам нашу историю и попросить о помощи!Я работала пекарем — это тяжелый труд, где день начинается затемно, а руки всегда в муке. Старший сын уже ходил в сад, и казалось, что жизнь вошла в привычное, спокойное русло. Новость о второй беременности была неожиданной, но радостной. Я верила, что у меня хватит сил на всё. Однако София с самого начала начала свою собственную, ни на что не похожую борьбу за право быть. На 16-й неделе — первая серьезная тревога. Отслойка плаценты. Те две недели на сохранении в больничной тишине стали для меня первым уроком терпения. Я уговаривала дочку держаться, и она услышала. Мы доходили до срока. Но день родов, который должен был стать праздником, превратился в триллер. Я только вышла из душа, планируя спокойно собраться и поехать в роддом, как мир буквально окрасился в красный. Резкое кровотечение. Скорая. Холод операционной. Экстренное кесарево. Когда меня выписывали из роддома, мои руки были пусты. Софию, которая родилась с критически низкими баллами (4-6 по Апгар), экстренно перевели в детскую реанимацию. Этот месяц стал самым черным в моей жизни. Каждый день я ехала в больницу, ловила взгляды врачей, которые не давали никаких прогнозов, и просто смотрела на свою крошечную дочь через стекло. КТ показывало повреждения мозга, врачи ничего положительного не говорили, но и надежду не забирали.

Нашим общим чудом стало 31 декабря 2019 года. В тот день, когда вся страна нарезала салаты и ждала праздника, я везла свою Софочку домой. Это был лучший подарок под елку за всю мою жизнь. Когда Софии исполнился год и два месяца, прозвучал диагноз: ДЦП, правосторонний гемипарез. Левое полушарие мозга было повреждено. В тот момент, когда нам как никогда нужна была опора, мой муж — отец детей — просто ушел. Он не хотел развода, он не хотел сложностей, он просто молча закрыл дверь с той стороны. Я осталась на съемной квартире с двумя детьми. В кошельке — ровно 500 рублей. И ледяная фраза бывшего мужа в трубке: «Это твои проблемы». Но дети хотели есть, а Софе нужны были занятия. Я выплакала море слез, но однажды вытерла их и сказала себе: «Мой ребенок не виноват, что взрослые оказались слабыми». Следующие пять лет я была и мамой и папой. Мы сменили жилье на более спокойное, я занималась школой сына и бесконечными реабилитациями дочери. Несмотря на ДЦП, София росла удивительной. Она была моим маленьким «двигателем». Мы постоянно посещали занятия: ЛФК, логопеды, дефектологи, гипсование, ботулинотерапия. И результат был! Софа была полностью «сохранным» ребенком. Она обожала танцевать, пусть ручка и ножка не всегда слушались. Она пела песни, она научилась считать до десяти и складывать цифры. Она посещала подготовку к школе и с гордостью говорила, что скоро наденет форму. Чтобы окончательно убрать спастику и дать ей шанс ходить ровно, нам назначили операцию на 9 февраля 2024 года. Мы так её ждали… 6 февраля. Всего за три дня до операции мы поехали пересдавать кровь. Обычный маршрут, обычный пешеходный переход. Я, как всегда, проговорила правила безопасности. Машина остановилась. Мы ступили на «зебру».

И вдруг — резкий рывок автомобиля, визг шин и удар. Водитель нажала на газ и вывернула руль прямо на ребенка. София оказалась под капотом. В реанимации список травм не умещался на листе: ушиб мозга, перелом лобной кости, плечевых костей, таза, копчика, легких. Но София боролась! В «диагностическое окно» она пришла в себя, и даже просила перевести её в другую палату — она так хотела уйти из этой боли. А вечером её сердце не выдержало. Семь минут клинической смерти. Семь минут, когда её душа была где-то не здесь. Врачи вернули её, но мозг, лишенный кислорода, ушел в глубокую защиту. Медикаментозная кома длилась несколько дней, а выход из неё стал новым ударом — вегетативное состояние. Проснись, Софиюшка! Врачи говорили: «Она может остаться такой навсегда». Она не фиксировала взгляд, она не видела меня. Но спустя время Софа начала следить глазами. Сначала за мной, потом за мультиками. Сейчас она стабильно фиксирует взгляд. Команды она пока не выполняет, но она здесь! Она смотрит, она слышит, она пытается вернуться. Мозг ребенка невероятно пластичен. У нас есть шанс восстановить её после этого двойного удара — ДЦП и клинической смерти. Но для этого нужна профессиональная, дорогая нейрореабилитация. Обращение к вам .

Я мама, которая пять лет шла к тому, чтобы её дочь была здоровой. Я не сдалась, когда нас бросили, не сдалась, когда в кармане было 500 рублей. И я не сдамся сейчас, когда моя дочь смотрит на меня своими огромными глазами, прося о помощи. Пожалуйста, станьте нашей опорой. После семи минут тишины Софии нужно снова научиться всему: говорить, двигаться, жить. Помогите нам вернуть ту девочку, которая так любила петь и мечтала о своем первом школьном звонке.
Свидетельство-о-рождении-София.pdf
Выписка-из-краевой-больницы.pdf

